На фото корова, и возникает вопрос: она просто упитанная или ждёт потомство? В данном случае верно и то, и другое.
Третью и четвёртую недели своего испытательного срока я провела в родильном отделении фермы. Я была искренне рада этому назначению, поскольку акушерство и гинекология в ветеринарии всегда были для меня одними из самых интересных направлений ещё со времён учёбы в университете.
Разочарование в коллеге
Изначально, при трудоустройстве, я выражала желание работать либо осеменатором, либо именно в "родилке". Однако судьба распорядилась иначе, и меня определили на "детскую" ферму для телят после того, как прежнего врача повысили. Тем приятнее была временная командировка в роддом.
Я знала, что там работает врач Настя — девушка примерно моего возраста. Это обнадёживало, ведь молодых специалистов в хозяйстве почти не было, и общаться с коллегами старшего поколения мне, человеку сдержанному, было непросто.
Однако общих тем для разговора с Настей почти не нашлось. Её мир вращался вокруг сада, ребёнка и вредных привычек, типичных для этой местности. У меня же не было ни того, ни другого, ни третьего, поэтому я сосредоточилась на работе, которая меня по-настоящему увлекала.
К сожалению, сам подход Насти к обязанностям оставлял желать лучшего. Работа выполнялась небрежно, без капли нежности или настоящей заботы о благополучии животных. Её не волновали даже постоянные замечания от начальства.
По плану, Настя должна была обучить меня всем процедурам, показать, как ведётся документация. Но если с бумагами она меня кое-как ознакомила, то к животным близко не подпускала: ни к лечению телят, ни к осмотру коров. Возможно, причиной стало то, что я позволяла себе сомневаться в эффективности и гуманности её методов.
На снимке — коровы в очереди на дойку в родильном отделении.
Вопросы гигиены и этики
Меня шокировало не только лечение, но и полное пренебрежение нормами гигиены. Например, во время процедур Настя могла использовать одну и ту же гинекологическую перчатку для всех коров в четырёх загонах подряд. Таким образом, после работы с животным, больным гнойным метритом, она той же перчаткой могла обследовать только что отелившуюся, здоровую корову.
Это был лишь один из многих тревожных примеров. Я пыталась обсуждать эти проблемы с руководством, но реакция была разной: от формального возмущения до отговорок в стиле «А как иначе? Иначе — дорого». На моё сравнение с человеческой медициной и вопрос, хотели бы они такого отношения к своему ребёнку, мне резко отвечали: «Не сравнивайте!».
Но разве принципы гигиены и сострадания в медицине для людей и животных так уж отличаются? Я уверена, что нет. Для меня животные, особенно в стрессовой ситуации, подобны детям.
Обратите внимание: Зачем удалять первые завязи огурцов.
Они могут бояться, не понимать, что происходит. Представьте, что вы ведёте своего ребёнка в незнакомое, шумное место. Он пугается и прячется. Станете ли вы кричать на него или бить? Или постараетесь успокоить и показать, что он в безопасности? Ответ, кажется, очевиден.
Объятия любят все — они дарят ощущение тепла и защищённости.
Путь к самостоятельности
Пока я переживала этот непростой опыт, в моём основном месте работы — телятнике — происходили изменения. Подросших телят перевели на улицу, а помещение начали готовить к новому пополнению. С этого момента телятник официально стал моей зоной ответственности.
Пока новых телят не привозили, я формально числилась в родильном отделении, но уже могла уделять время своему будущему рабочему месту. Я наводила порядок в кабинете, разбирала лекарства, понемногу общалась с персоналом (хотя диалоги давались нелегко).
Постепенно, шаг за шагом, я вышла из-под опеки Насти и начала работать самостоятельно. В мои обязанности вошёл контроль за так называемым «ремонтом» телятника — комплексной подготовкой помещения. После каждого цикла содержания животных клетки полностью освобождали от подстилки, чистили кормушки, затем всё тщательно мыли, обрабатывали горячей известью и дезинфицировали каустической содой. Непосредственно перед заселением нового поголовья я проводила газовую дезинфекцию специальными препаратами. Весь цикл занимал в среднем две-три недели.
Последнюю неделю перед приёмом телят я практически не выходила со своего участка. Мне нужно было привыкнуть к новому пространству, почувствовать себя его хозяйкой и наконец-то отдалиться от бесконечных отчётов по родильному отделению, которые, честно говоря, часто были просто формальностью, имитацией бурной деятельности (или, как мы это называли, ВЗК*).
*ВЗК — вынужденная имитация активности.
Помимо уборки, я занималась дератизацией, заказывала необходимые медикаменты и инструменты, консультировалась со старшим врачом и опытными телятницами. Перебрала все запасы, выбросила просроченные препараты, отмыла кабинет и холодильник от многолетней пыли. Завела необходимые журналы и тетради для записей... Оставалось только ждать прибытия моих первых подопечных, чтобы применить все знания и принципы, которые, как я надеялась, сделают мою работу правильной и человечной.
Заблудившаяся корова с молочного комплекса заглянула в мой телятник и загадочно смотрит вдаль, словно ожидая, когда её выпустят на свободу.
[моя] Профессия Работа Сельское хозяйство Ветеринария Деревня Деревня Корова Теленок Ветеринар Родильный врач Лечение Длинный пост 0Больше интересных статей здесь: Дача.
Источник статьи: Родилка и первые шаги к самостоятельности.
